Рассказать друг другу, чтобы узнал весь мир
Рассказать друг другу, чтобы узнал весь мир

Марина Штагер – создатель London Art Club

Современное искусство неотъемлемая часть нашей жизни
3 Марта 2021
Марина Штагер – создатель London Art Club

Современное искусство – неотъемлемый пласт культуры, который необходимо сохранять и исследовать. В этом уверена Марина Штагер – основатель Shtager Gallery/Elephant&Castle Experimental Space в Лондоне. В интервью Global Women Media эксперт поделилась мнением о том, как понять и полюбить современное искусство и почему так важно поддерживать художников.

Марина-Штагер_0T.jpg Марина Штагер
основатель галереи Shtager Gallery и London Art Club

Марина Штагер – эксперт в области искусства с большим и многосторонним опытом. Она работала в пресс-службе Мариинского театра, была управляющей галереей Lazarev в Санкт-Петербурге. Сегодня Марина живет и работает в Лондоне, продвигая творчество современных российских художников на Западе. Она создала галерею и просветительский клуб, позволяющий выстроить «мост» между обществом и современным искусством.

Марина-Штагер_12.jpg
На арт-прогулке “London Art Club. Галереи Мейфэр”. В галерее Houser&Wirth. Рассказ о выставке “Окна» Iзы Генцкен. Фотограф: Валерий Атаманюк

– Марина, современное искусство не всегда бывает понятно обывателю. Почему так происходит?

– Современное искусство и, пожалуй, искусство в целом сложно понять, не имея базового образования в области культуры или искусства. Вы, наверное, замечали, что люди, отправляясь в филармонию, не решаются судить о музыке, например, Леонида Десятникова, ничего не зная о тембрах, темпах, ритмах и творчестве предшествующих ему композиторов. При этом нередко встречаются ситуации, когда посетители галерей, где представлены работы современных художников, громко заявляют о своем непонимании такого искусства.

Сегодня многим достаточно сложно найти ключ к пониманию искусства. На самом деле, всё просто: чем больше человек знает, чем больше визуальных образов он успел накопить в своей голове, чем больше аналогий он сможет провести от одного произведения к другому, тем интереснее становится мир вокруг него. Это касается в том числе и похода в галерею.

Марина-Штагер_03.jpg
Штурм. Установка инсталляции из 43 плоских фанерных скульптур Александра Шишкина-Хокусая. 10 октября 2017 года на Elephant&Castle

Я провожу специальные экскурсионные прогулки, рассказывая о ценностях того или иного произведения, создавая тем самым мостик между человеком и современным искусством.

Сначала люди слушают мои рассказы, а затем уже самостоятельно интерпретируют произведения современного искусства. Со временем у них вырабатывается насмотренность и формируется необходимый культурный код.

В прошлом году мне удалось сопроводить две группы на биеннале в Венецию. Вместе с опытными экспертами мы посетили самые интересные павильоны, много думали, размышляли, задавали вопросы, искали ответы и просто обменивались мнениями. Однако, для того чтобы непонимающий зритель увлекся, стал ценителем, недостаточно одной или нескольких экскурсий. Как правило, требуются годы регулярного взаимодействия с искусством. Только тогда человек настраивается на нужную волну и начинает смотреть на произведение не как на отдельный объект, а связывает его со своим визуальным опытом.

Марина-Штагер_04.jpg
London Art Fair 2020: Стенд Shtager Gallery во время открытия ярмарки. Перед работами Виталия Пушницкого. Фото гостей с художником. Фотограф: Олег Кангуров

– Как понять, что можно считать настоящим произведением современного искусства, а что – результатом, например, декоративно-прикладного творчества?

– Без профессионального образования это сделать непросто. Существует ряд специалистов, которым общество доверяет право делать выбор. Безусловно, творчество важно во всех его проявлениях, но для сохранения культурного наследия необходимо четко классифицировать новые произведения.

Человек, который видел в своей жизни сто картин, не сможет дать экспертную оценку работе художника, определить его место в культурной среде. Чтобы мнение стало авторитетным, визуальный багаж эксперта должен исчисляться миллионами изображений.

Нам с какой-то стороны очень повезло. Мы живем в мире, где информация представляет собой мощнейший неиссякаемый поток. У нас есть возможность наблюдать произведения изобразительного искусства не только в галереях, но и в книгах, альбомах, на просторах интернета, по телевизору и даже на упаковках тех или иных продуктов.

Думаю, что сейчас мой визуальный багаж достаточно обширен. И когда я вижу произведение искусства, я быстрее могу проанализировать его, сравнив с теми образами и знаниями, которые уже есть в моей голове. Поэтому мое экспертное мнение будет более ценным, чем мнение обывателя. У директоров музеев такой визуальный багаж еще более обширен. Они, как никто другой, могут определить новизну и культурную ценность той или иной работы.

Марина-Штагер_05.jpg
London Art Fair. 2020 Зрители перед live-box Марины Алексеевой “Лаборатория». Mixed-media, video. 2013

– Что лично для Вас значит искусство? Какое место оно занимает в Вашей жизни?

– Большую роль в моей любви к искусству сыграла семья. Меня очень вдохновила моя мама, которая в свои 63 года пошла получать второе высшее образование. Она работает педагогом хореографии в Тольятти и уже более 40 лет воспитывает будущих звезд балета. Многие ее ученики поступают в лучшие училища по всему миру.

Когда я была маленькой девочкой, мы жили в небольшом индустриальном городе. Мама «охотилась» за редкими изданиями по искусству, выменивала их, привозила из Москвы. Полуметровый каталог «Дягилевских сезонов» появился в доме почти в год его издния. Сейчас трудно представить, каких усилий ей это стоило. Родителям было непросто, но я занималась музыкой, живописью и хореографией одновременно.

Марина-Штагер_06.jpg
На арт-прогулке “London Art Club. Галереи района Мейфэр”. Галерея Thaddaeus Ropac. Зал с произведениями Йозефа Бойса и Георга Базелица

Окончив музыкальный колледж, я поступила в консерваторию и получила образование историка – исследователя оперного и балетного искусства. Позже мне посчастливилось работать в пресс-службе Мариинского театра с Катериной Новиковой, сейчас она бессменный пресс-атташе Большого вот уже 20 лет.

И в процессе учебы, и во время работы я изучала оперу и балет, занималась документальными реконструкциями неизвестных балетных спектаклей. Насмотренность в разных видах искусства, многогранная развитость позволяют проводить более сложные аналогии между работами художников и фактами из истории и культурологии. Сегодня я могу посмотреть на экспозицию и найти огромный пласт глубинной информации, если представленная идея резонирует с моим опытом, и поделиться этим с другими людьми, помогая им получить удовольствие от похода в галерею.

Искусство – очень важная, я бы сказала, неотъемлемая часть моей жизни. Оно всегда со мной. И даже во время путешествий я познаю новые места через искусство: много хожу по музеям, выставкам и ярмаркам. В любом городе, даже самом курортном, я обязательно ищу, как утолить свою культурную жажду.

Марина-Штагер_07.jpg
Марина Алексеева “Офис». Mixed-media, video. Вид внутри коробки. UK-серия, 2019

– Сегодня одним из самых популярных направлений в современном искусстве является science art. Чем оно особенно интересно, на Ваш взгляд?

– О необходимости взаимодействия искусства и наук ученые говорили уже в 1800-х годах. В этом году в Берлине, например, открывается Гумбольдт Форум (Humboldt Forum ) – ответ Германии Британскому музею, который объединит искусство и науку на огромном пространстве. Он назван в честь братьев Гу́мбольдтов, уже 200 лет назад заявлявших о необходимости изучения искусства наравне с наукой.

Наука всегда затрагивает те вопросы и темы, которые волнуют умы людей. Для художников обращение к научной повестке является хорошим способом анализа идей, потребностей, вызовов современности.

Если четыре года назад многие проекты Венецианской биеннале затрагивали тему ускорения всех жизненных процессов и особенно – увеличения скорости передачи информации, то на последней биеннале художники обозначили в своих работах вопросы, связанные со сбором информации и ее использованием. Казалось бы, это та тема, которую достаточно сложно представить через искусство. Однако одним из самых популярных и успешных стал павильон Тайваня. Проект художника Shu Lea Cheang и куратора Paul B. Preciado в том числе предостерегает о том, чем может грозить сбор данных.

Марина-Штагер_08.jpg
Александр Шишкин -Хокусай и зрители на открытии тотальной инсталляции «Штурм». Октябрь 2017. Фотограф: Валера Атаманюк

Еще один яркий пример – последняя выставка Тревора Паглена в PACE Gallery. Паглен, наверное, сначала ученый, а уже потом художник, он изучал географию в университете в Беркли и даже стал автором термина «экспериментальная география». Его новый проект посвящен сбору данных. Бегло взглянув на его работы на стене в традиционных паспарту и рамах, можно подумать, что в них нет ничего особенного. Однако, подойдя поближе, зритель замечает, что изображение состоит из миллиона мельчайших фотографий, собранных страховой компанией. На снимках запечатлены водители, отвлекающиеся от дороги во время движения, – такие ситуации могли послужить поводом к отказу в выплате страхового случая. Другая работа составлена из определенных кодов шифровки, используемых в Instagram.

Я бы сказала, что science art – это не просто отражение научных тем в искусстве. Это глубокие проекты, позволяющие облечь важные для человечества вопросы в визуальную форму.

Интересно, что грань между искусством и технологиями становится всё менее заметной. Программы, основанные на искусственном интеллекте, могут с помощью кода создавать фотографии – посмотрите на цветущую магнолию у Паглена (Trevor Paglen, Bloom (#5f5554), 2020). Она создана компьютером, который, однако, не владеет всей палитрой человеческих знаний, опыта и компетенций. Присмотревшись, вы поймете, что ветви растения расположены совершенно неестественно.

Марина-Штагер_09.jpg
Юсуке Акаматцу с друзьями и коллегами на стенде Shtager Gallery в галерее Саатчи перед работами Кати Грановой. 2020. Фотограф: Татьяна Найден

– Несколько лет назад Вы создали London Art Club. Что это за сообщество и какие задачи оно перед собой ставит?

– Всё началось с открытия галереи в 2014 г. Я тогда только приехала в Лондон, и мне было важно понять, смогу ли я найти свое место в другой стране и в других условиях, смогу ли продолжить заниматься любимым делом.

Сложностей возникло немало. Открывать галерею с нашими ценами на искусство в центре города было бы самоубийством, и мы расположились на Elephant&Castle. Привести публику было достаточно сложно, нас поначалу мало кто замечал. В Лондоне даже не сотни, а тысячи модных галерей с белыми стенами и большими окнами. Мы же выбрали для себя другой, непривычный для этого бизнеса формат.

Марина-Штагер_10.jpg
Перед входом: открытие галереи в Лондоне. 2016 год

Shtager Gallery размещается на складе архитектурного бюро Morris Associates, и такое расположение стало нашей изюминкой.

Так или иначе, продавать картины непросто, нам постоянно приходится завоевывать своего зрителя. В первый год на открытие выставки в галерею пришли 15 человек. Мне хотелось лично обнять каждого из них. Сейчас, спустя шесть лет, число посетителей галереи часто превышает сто человек, и порой я понимаю, что не все желающие могут поместиться в нашем пространстве. Популярность галереи растет, и во многом это происходит благодаря созданному клубу.

London Art Club – это просветительский проект, в рамках которого я организую экскурсионные прогулки, поездки на биеннале, привлекаю новых гостей. Одной из миссий London Art Club стала помощь в адаптации в новой стране через ее культуру, совместные прогулки по галереям и музеям, встречи и лекции. Через работу клуба я получаю невероятную эмоциональную поддержку. Это очень дорогого стоит, потому что ни за какие деньги невозможно купить энергию, которая будет постоянно двигать вас вперед, вдохновлять и мотивировать на покорение новых вершин. К тому же доход от клуба порой помогает справиться с расходами на организацию выставок галереи.

Марина-Штагер_11.jpg
Марина Алекссева. “Лаборатория». Mixed-media, video. 2013

– Существует интересная статистика, утверждающая, что жители Великобритании тратят на приобретение произведений искусства «целый 1%» своей прибыли. Это много?

– Да, действительно, такое исследование было опубликовано изданием аукционного дома Sotheby’s. В нем утверждалось, что среднестатистический англичанин тратит 1% своего годового дохода на искусство.

Покупка произведения искусства – лучший способ поддержать художника. В Англии эта привычка формировалась у людей веками.

252 года назад в Лондоне была открыта Королевская академия художеств. Получив прекрасное здание на Пикадилли в аренду на 1000 лет за 1 фунт стерлингов от королевы Виктории, художники были предупреждены о том, что приобрели пространство для творчества, но содержать себя они должны самостоятельно. Сейчас, конечно, академия получает часть бюджета на содержание, но основное финансирование – это средства, собранные меценатами. За эти годы академия проделала огромную работу, воспитала в своих гражданах потребность покупать произведения искусства и желание поддерживать художников и культурные институции. В академии сильный менеджмент, который занимается привлечением средств на реализацию проектов. В здании академии ежегодно может проходить до восьми выставок одновременно.

111.jpg
На арт-прогулке “London Art Club. Галереи Мейфэр”. В галерее Houser&Wirth. Рассказ о выставке “Окна» Iзы Генцкен. Фотограф: Валерий Атаманюк

Я думаю, все эти инструменты, развивающиеся в течение 250 лет, привели к тому, что современное английское общество понимает и ценит работы художников. В России же менеджмент и экономика в арт-индустриях пока очень молоды, я думаю, ситуация изменится к лучшему через несколько поколений.

Люди в Великобритании получают искреннее удовольствие, когда приобретают произведения искусства, имеют возможность поддержать любимого автора или музей. Я бы даже сказала, что за многие годы в Англии сформировалось уникальное культурное сознание. В России тоже есть люди, которые поддерживают художников, но пока их очень мало. Они являются скорее исключением из правил. И над решением этого вопроса нужно серьезно работать.

Говоря о приобретении картин, хочется посоветовать всем не бояться совершать подобные вложения. Главное – чтобы произведение откликалось в душе и вызывало положительные эмоции. Картина может не оправдать ваших ожиданий или оказаться бесполезной. Но ведь за всю свою жизнь мы приобретаем огромное количество вещей «просто для удовольствия». Так почему же не сделать это в отношении картин?

5555.jpg
London Art Club на 58 Venice Biennale. Основной проект, Джардини. 2019

– Каким, на Ваш взгляд, должно быть образование, чтобы воспитывать в людях бережное отношение к искусству?

– В первую очередь важно изучать историю искусства на живых примерах – подлинных произведениях авторов. Для этого необходимо регулярно посещать музеи и галереи. Другой вопрос, что далеко не во всех городах культурная среда развита на достойном уровне.

Мне кажется, одной из стратегических задач, которую необходимо решить, является закупка российскими музеями произведений современных художников. Если вспомнить, то в определенный период времени авангард считался дегенеративным искусством. Произведения авторов, работавших в этом направлении, не ценились и не выкупались музеями. Лишь спустя годы авангард начал восприниматься иначе. Однако многие произведения так и канули в Лету. И, к сожалению, сейчас история повторяется. Несколько поколений современных художников могут исчезнуть, если сегодня не взяться за это, «засучив рукава». Я знаю, что мои коллеги в прошлом году писали открытое письмо в Министерство культуры на этот счет (см. Открытое письмо Сергея Попова министру культуры РФ Ольге Любимовой. – Ред.). 

Марина-Штагер_14.jpg
Стенд Shtager Gallery на ярмарке Start Art Fair 2019 Работы Марины Алексеевой, Григория Майофиса, Марии Арендт, Влада Кулькова

Сегодня современное искусство многим может казаться непонятным. Тем не менее это важная и неотъемлемая часть культуры, которую необходимо исследовать и сохранять.

В России больше 2000 музеев, для сравнения – около 500 в Китае. Однако китайское искусство имеет огромную популярность, в том числе на международном рынке. Прежде всего это было связано с ростом экономики, государство начало вкладывать средства в развитие музеев, которые нужно было чем-то заполнять... Инвесторы, замечая рост подобных вложений, присоединяются к «движению». Так шаг за шагом в искусство Китая инвестировались не только внутренние, но и международные финансовые потоки.

Именно поэтому так важно, чтобы государство выделяло бюджет на музейные закупки не только в столичных, но и в региональных музеях. Это отправная точка, которая способствует формированию комплексного подхода для поддержки искусства. И речь идет не столько о развитии бизнеса и арт-рынка, сколько о просвещении и культуре.

Очень важно в семье, школах и вузах уделять внимание этическому воспитанию подрастающего поколения. Нужно учить детей уважительному отношению к произведениям искусства и творческому выражению авторов, пониманию того, что созданное художником – неприкосновенно, даже если оно и кажется вам странным.

Марина-Штагер_15.jpg
Выставка Марии Арендт в воркшопе архитектурного бюро Morris Associates. Фотограф: Лина Кивака

– С какими художниками Вы работаете? Чем Вас вдохновляет их творчество?

–Мария Арендт талантливо работает со смыслами, проектируя свои идеи на текстиль. Недавно Мария представила серию работ, посвященную архитектуре в стиле Баухаус. Она изобразила на ткани здания, которые в реальности не существовали, – основывалась на стиле и собственных представлениях об эстетике. Проект получил хороший профессиональный резонанс. И я горжусь, что в моей коллекции есть работы из этой серии. Ее ретроспектива в октябре прошла в московском музее ММОМА. Арендт – семья, которая насчитывает 33 династии. Бабушка и дедушка Марии учились во ВХУТЕМАСе. И один из проектов художницы представляет собой письма к предкам. Часть из них сейчас находятся у меня в галерее. Нужно сказать, что многие идеи Марии действительно «пробирают».

Одним из первых крупных проектов на Elephant&Castle стала инсталляция из 43 плоских фанерных скульптур Александра Шишкина-Хокусая. Александр сам приезжал в Лондон и устанавливал композицию 10 октября 2017 г. Она была посвящена штурму… Зимнего дворца! Можете себе представить реакцию местных жителей… Уже через полгода нам удалось показать одну из скульптур этой инсталляции в музее Виктории и Альберта, в главном музее страны, на минуточку… благодаря сотрудничеству с Фондом «Друзья Эрмитажа» в Лондоне. А спустя год Александр представил Россию на 58-й биеннале в Венеции. Мне очень близок творческий метод этого художника, я считываю его театральный бэкграунд (Александр Шишкин является сценографом БДТ), и он резонирует с моим опытом.

Марина-Штагер_17.jpg
На стенде Shtager Gallery для Start Art Fair в галерее Саатч. Разговор о работах Кати Грановой и Александра Шишкина-Хокусая с посетителем ярмарки. Фотограф: Татьяна Найден

Я также представляю в Великобритании Марину Алексееву, чьи звуковые видеоинсталляции в коробочках приобрел сам сэр Элтон Джон во время визита в санкт-петербургскую галерею Марины Гисич. Марина Алексеева создала для нас специальную UK-серию, среди персонажей которой есть Борис Джонсон и даже Харви Вайнштейн.

Вот уже несколько лет мы продолжаем линию диалогов между российскими и западными художниками. Это очень интересная визуальная игра по поиску смыслов. В мае я впервые покажу на ярмарке Start Art Fair в одиозной галерее Саатчи керамическую скульптуру Кати Кесич, британской художницы русского происхождения. То, что она «вытворяет» с керамикой, актуализируя такой традиционно крафтовый вид искусства, заставило меня буквально загореться: познакомившись с ее работами в Instagram, я сразу поняла, что это что-то особенное, то, чего нельзя упустить. В прошлом году мы познакомились с уникальным автором из Японии, Юсуке Акаматсу, который пришел в современное искусство из артхаусного кино. Неделю назад я объявила open call для выпускников лондонских вузов, чьи выпускные выставки отменены из-за пандемии. Работам выпускников будет выделена часть нашего стенда на ярмарке. Для многих студентов выставиться в Саатчи – воплотить заветную мечту.

Я не перечислила всех, но скоро мы закончим новый веб-сайт, где можно будет ближе познакомиться с художниками и сразу приобрести работы.

Марина-Штагер_18.jpg
На стенде Shtager Gallery для Start Art Fair 2020 в галерее Саатчи перед Live-boxes Марины Алексеевой. Фотограф: Татьяна Найден

– Какую социальную миссию Вы сегодня перед собой ставите?

– Мне бы не хотелось заявлять о громких задачах. Конечно, мы все, галеристы, работающие с российским искусством за Западе, думаем о том, как сделать наших художников признанными за рубежом, и по мере сил вносим свою лепту. Вместе с тем галерея не ограничена стенами здания. Моя галерея – это выстраивание коммуникации, поддержка талантливого творчества, поиск смыслов. Еще много лет она будет абсолютно альтруистским проектом, но то, чем эта деятельность платит в ответ, дороже любых денег.

– Можно ли сохранить мир с помощью культурной дипломатии?

– Это вопрос, который сидит у меня в голове уже давно. Как человек, обладающий достаточно большим количеством знаний и компетенций, я понимаю, что на мне лежит значительная ответственность. Я бы очень хотела, чтобы тот багаж, который я имею, был полезен не только отдельным людям, но и в рамках реализации глобальных проектов.

Безусловно, мир можно и нужно сохранять с помощью культурной дипломатии. Через культурное взаимодействие выстраиваются прочные мосты между странами. Важно транслировать правильные ценности, формируя имидж России за рубежом через искусство. Сегодня этим занимаются лишь малые игроки, как я, но гораздо больший эффект будет достигнут, если такой подход станет принципом пошаговой программы по показу «потерянных» для западного мира пластов русской культуры, переосмыслению соцреализма и последующих художественных явлений с художественной точки зрения, без пропаганды. Каждый раз на своих лекциях-прогулках по галереям в Лондоне я повторяю: у нас есть прекрасная возможность на живых примерах познакомиться с творчеством западных художников, чье искусство никогда не привозили в Россию. А теперь, отсюда, я вижу обратную картину. В Лондоне в лучшем случае знают Малевича и Кандинского, но совсем не знают, что в российской истории случилось после них. После Кандинского в сознании среднестатического любителя искусств возникают… Илья Кабаков и «Жук» Абрамовича за пять миллионов! Необходим диалог крупных институций, крупных выставочных проектов. Это позволит не просто продвинуть творчество российских авторов, но и изменить отношение к нашей стране и нашим людям.

В публикации использованы материалы фотографов:
Татьяна Найден, Лина Кивака, Валерий Атаманюк, Олег Кангуров

Марина Волынкина, Виктория Ежова,

информационное агентство Global Women Media


Поделиться страницей:
Читать все статьи рубрики

АРХИВ НОВОСТЕЙ

© 1996-2020 АНО ВО «ИГУМО и ИТ».
Все материалы принадлежат
информагентству «Global Women Media»
ENG
© 1996-2020 АНО ВО «ИГУМО и ИТ».
Все материалы принадлежат информагентству «Global Women Media»
ENG